Смертельно дорого
2 октября Министерство труда и благосостояния вынесло на общественное обсуждение пакет законопроектов, меняющих порядок выплаты пособия на погребение. Размер пособия — 200 тысяч драмов — останется прежним, однако круг его получателей резко сократится. Если сегодня его может получить любой, кто организует похороны человека, состоявшего на учете в системе социального обеспечения, то с 1 января 2027 года государство предлагает сохранить выплату только получающих пособие по бедности семьям.
Министр труда и благосостояния Арсен Торосян считает, что помощь должна быть адресной. В качестве примера он приводит собственную семью, которой, по его словам, пособие после смерти бабушки не понадобилось. По расчетам министерства, отказ от универсальной выплаты позволит ежегодно экономить около 5,6 млрд драмов и направить эти средства на повышение пенсий. Однако сама прибавка окажется скромной: с января минимальная пенсия вырастет всего на тысячу драмов — с 46 до 47 тысяч.
Центральное городское кладбище Еревана (Тохмах)
По самым скромным подсчетам, организация похорон в Армении обходится по меньшей мере в 570 тысяч драмов. Даже минимальный набор расходов — траурный зал, гроб, катафалк, оформление документов, рытье могилы и поминальный обед — почти втрое превышает размер государственного пособия.
Семья со средним совокупным доходом около 500 тысяч драмов в месяц вряд ли откладывает такую сумму на случай внезапной смерти близкого человека. Поэтому, как отмечает Гемафин Гаспарян — бывший замминистра Министерства труда и социальных вопросов, — пособие в размере 200 тысяч драмов остается важным не только для малообеспеченных семей, но и для значительной части среднего класса.
Центральное кладбище Авана, Ереван
Не меньше вопросов вызывает сама организация похоронной сферы. Показательной стала опубликованная журналисткой Сусанной Челикян история похоронных хлопот после смерти родственницы. Оплатив услуги морга, семья узнала, что для захоронения в семейной могиле необходимо предоставить свидетельство о смерти родственника, умершего в 1961 году. Когда такого документа не оказалось, им предложили воспользоваться другим семейным захоронением, но при условии предоставлении свидетельства о рождении родственника 1925 года. Не сумев найти архивные документы, они купили новое место отдельно от семейных захоронений. В комментариях к посту Челикян уточнила, что выплата за выделение государственных земель в оползневых зонах кладбища — то есть в местах с высоким риском смещения грунта — составляет 26 900 драмов, а в «элитных районах» — от 500 000 до 1 500 000 драмов.
Эта история напоминает сюжет фильма Александра Сокурова «Круг второй», где героя, приехавшего хоронить отца, обворовывают.
Нубарашенское кладбище, Ереван
Человек, потерявший близкого, оказывается втянут в непрозрачную систему, состоящую из моргов, архивов, кладбищ и множества посредников.
Государство сохраняет контроль над ключевой инфраструктурой — все кладбища государственные или муниципальные, — но значительную часть организации похорон фактически перекладывает на родственников и частный рынок.
Кладбище в Горисе
В Ереване кладбищами управляет структура мэрии «Специальное обслуживание населения». Именно здесь оформляется свидетельство, дающее право на захоронение с указанием кладбища и места могилы. Формально земля под захоронение — от 2,5 до 12,5 кв. м — предоставляется бесплатно, однако на практике сформировалась система посреднических услуг: чтобы получить более или менее доступное место, придется платить. Хотя выделение участков, превышающих эти нормы, а также за предоставление мест на закрытых кладбищах, предусматривается административную ответственность, правила нередко нарушаются. В 2022 году Антикоррупционный комитет Армении сообщил о завершении расследования в отношении заведующего кладбищем, обвиняемого в получении взятки за «урегулирование» вопроса, связанного с семейным захоронением, площадь которого превышала допустимую законом.
Поэтому нынешняя дискуссия о пособии на погребение выходит далеко за рамки социальной политики. Она ставит вопрос о роли государства в организации смерти. Если государство сокращает единственную универсальную выплату, одновременно сохраняя сложную, дорогую и непрозрачную систему похорон, общественное недовольство связано не только с потерей 200 тысяч драмов, но и с отсутствием понятных и работающих правил.
Как пишет Сергей Мохов, к моменту распада СССР единой централизованной системы управления похоронной сферой так и не возникло. После разрешения в конце 1980-х годов создавать кооперативы начали появляться первые частные похоронные бюро, однако кладбища, морги и крематории остались в ведении государства и, как значительная часть коммунальной инфраструктуры, недофинансировались. В результате в образовавшихся зонах неопределенности появились посредники и дополнительные услуги.
Езидское кладбище недалеко от села Барцрашен
Сегодня в Ереване насчитывается 21 кладбище общей площадью более 500 гектаров. Четыре из них — Неркин Чарбах, Шаумян-1, Канакер и Аван — имеют статус частично закрытых: новые участки на них не выделяются, захоронения возможны только в семейных могилах. По словам директора ГНКО «Специальное обслуживание населения» Грачьи Назаряна, если ситуация не изменится, через 15–20 лет в столице может не остаться ни одного открытого кладбища.
О том, сколько площади занимают кладбища по всей стране, официальной информации нет, зато на приграничных территориях есть и вовсе заброшенные кладбища, за которыми приглядывают разве что пограничные войска.
Кладбище недалеко от села Айгут
Многие захоронения трудно доступны. Например, посетить отдаленные части кладбища — среди них и военный пантеон на вершине холма — в Ванадзоре невозможно без личного транспорта, тогда как центральное кладбище Авана в Ереване доступно излишне: захоронения находятся под окнами Масивсокого общежития, хотя закон требует размещать могилы не ближе 300 метров от жилых домов.
Согласно Закону «О погребении, кладбищах и крематориях», кремация юридически разрешена с 2006 года, но за прошедшие годы планы по открытию крематориев реализованы не были.
Новое кладбище, Ванадзор
Анастасия Каркоцкая
