Красный Крест использует неприкосновенность в споре с уволенным сотрудником

Арам Паносян поступил на работу в местном офисе Международного Комитета Красного Креста в начале 2018 года. Поработав в Тавушской области и в Ереване, в дни карабахской войны 2020 года он пожелал участвовать в международной миссии организации на месте: тогда его отправили в Горис (Сюникская область Армении), где он жил и работал почти три года.

Теперь он в рамках гражданского процесса оспаривает решение Международного Комитета Красного Креста (МККК) об увольнении, требуя восстановления в качестве территориального представителя организации в Горисе и оплаты вынужденного простоя.

см. Красный Крест обладает привилегией нарушения трудовых прав сотрудников в Армении

Собеседник Epress.am рассказал, что в условиях блокады Карабаха 2022г. Красный Крест был активно вовлечен в программу воссоединения семей, предполагающую эксклюзивную возможность перевозки домой в Карабах людей, оставшихся на территории Армении.

"Основная проблема возникла, когда мы стали организовывать перемещение людей, в том числе - пациентов , чтобы они получили лечение и вернулись обратно.

На обратном пути люди обращались с различными просьбами, потому что, ясное дело, там не было ни продовольствия, ни средств гигиены. И как мой адвокат уже отметил на судебном заседании, кто-то попросил меня организовать перевозку личных вещей, и я соответствующим образом предупредил об этом ответственного, все были в курсе, все делалось открыто - скрывать было нечего. Но это послужило поводом, использовалось против меня из-за определенных проблем в межличностных отношениях, совершенно не касающихся работы. И этим воспользовались, чтобы уволить меня, обвинить в мошенничестве. На протяжении длительного времени они проводили проверку, не сообщив об этом мне".

Инцидент, ставший предметом проверки, произошел 6 апреля, а заявление об увольнении Паносян получил 31 мая. Так, после трех лет работы и проживания в Горисе, ему сообщили о немедленном увольнении: "С завтрашнего дня ты здесь больше не работаешь". Согласно уже подготовленным Организацией документам, увольнение производилось по статье "недоверие".

"Но имелся как документ о недоверии, так и заявление об увольнении по собственному желанию. Мне и не сказали подписать его. Сказали "вот, ты уволился по собственному желанию, а также вот увольнение на основании недоверия". То есть одно решение сопровождалось двумя документами, это абсурд".

Паносян решил устроиться работать в другую авторитетную организацию, однако, блестяще сдав экзамены и пройдя собеседование, в ходе которого был отмечен опыт его работы, на этапе запроса рекомендаций от предыдущего работодателя ему уже по телефону сообщили о нежелании обсуждать его кандидатуру: "Как понимаю, потому, что я - мошенник, из-за того, что помог арцахцу".

Тогда он и решил обратиться в суд, "в низшую инстанцию, чтобы не ставить Красный Крест в неудобное положение".

"Я работал в этой организации и не хотел бы опорочить репутацию, она сделала много хорошего, но здесь вопрос в том, что они порочат мое имя", - добавил собеседник.

Суд его полностью оправдал, указав на нарушение всех процедур и отсутствие даже попытки мошенничества, а на восьми страницах решения говорилось о нарушениях, совершенных против Арама Паносяна во внутреннем порядке.

"Однако ереванский офис не учел позицию своих же вышестоящих инстанций - это независимый орган Красного Креста, расположен в Брюсселе и действует независимо. И местный офис пошел на конфронтацию, сознавая, что обладает неприкосновенностью".

На первом и последнем судебном заседании 1 ноября адвокат МККК Нерсес Агабабян выступил против съемок, а также отказался отвечать на выступления истца, аргументы и свидетельства о нарушении трудового кодекса. Он лишь ходатайствовал о закрытии дела, так как, согласно соглашению от 2011г., Красный Крест обладает в Армении «судебной и административной неприкосновенностью».

"Я бы хотел поговорить о значении предоставленной Красному Кресту неприкосновенности", - заметил уволенный сотрудник. - "Она предоставлена в связи с его непосредственными функциями. Чтобы понять, что собой представляет Красный Крест, - у него два крыла: непосредственно операционная часть, к примеру, программа воссоединения семей, программа разминирования, доступности образования, здравоохранения <...>. И так как мандат Красного Креста затрагивает конфликтные вопросы, естественно, мы работаем в зонах военных конфликтов.

Если представитель Красного Креста стал очевидцем того, как солдат страны X совершает военное преступление, а страна Y, в которой работает Красный Крест, говорит "дай показания в суде о поведении этого солдата", Красный Крест отвечает "государство, помнишь, что я - нейтральная, беспристрастная организация? Если я сделаю это сегодня, то когда завтра ты пожелаешь вернуть солдата или сделать что-то в рамках моих непосредственных обязанностей, у меня такой возможности уже не будет, поэтому надели меня неприкосновенностью, чтобы у меня было право не сообщать в суде каких-либо сведений, касающихся моих функций". Вот, в чем заключается иммунитет.

В суде они сослались на иммунитет, который якобы освобождает их от любых судебных процессов, между тем, это - искажение сути иммунитета, более того, злоупотребление им", - заметил собеседник.

Вердикт будет обнародован 22 ноября.