Главная / Аналитика / Отказаться от сладкой лжи о Карабахе

Отказаться от сладкой лжи о Карабахе

Сколь бы ни был незыблем идол Нагорного Карабаха в армянском сегменте, и несмотря на мглу неподсудности вокруг него, конфликт — не игла в стоге сена, чтобы исчезнуть и позабыться. Вопреки общественным ожиданиям, за десятилетия он не устаревает, не покидает повестку, периодически возбуждая страсти и беспокойство.

Последним таким поводом стало заявление о карабахском конфликте главы МИД России Сергея Лаврова на видеоконференции членов Фонда поддержки публичной дипломатии имени А. Горчакова. За ним последовал ответ министра иностранных дел Армении Зограба Мнацаканяна, заявления бывших у власти Республиканской партии Армении и Дашнакцутюн. Наблюдалась активность в социальных сетях и экспертной среде. Что из сказанного Лавровым было из ряда вон? Чего такого в Армении не знали, что должен был выявить Лавров?

Лавров сообщил, что переговоры продолжаются на основе фундаментальных принципов Хельсинкского Заключительного акта — с поэтапным подходом, который предполагает взаимные уступки, основанные на принципах неприменения силы, территориальной целостности, равных прав и самоопределения народов, что в свою очередь предполагает возвращение под контроль Азербайджана территорий вокруг Нагорного Карабаха, временный статус для Нагорного Карабаха, гарантирующий безопасность и автономию, коридор, связывающий Армению с Нагорным Карабахом, дальнейшее определение окончательного правового статуса Нагорного Карабаха посредством референдума, право вернуться на бывшие места жительства для всех внутренне перемещенных лиц и беженцев, и международные гарантии безопасности, включающие в себя в том числе миротворческую деятельность.

Таким образом, переговорный документ — комплексная многослойная программа действий, которая не может быть осуществлена одним движением пальца и сразу. Она предусматривает определение временного статуса Нагорного Карабаха (без прилегающих районов), оставляя вопрос окончательного правового статуса на потом и на волеизъявление граждан, имевших право на жительство в Карабахе до 1989 года.

С предложением этих принципов Минская группа выступила еще в 1993 году — на неофициальном совещании Девятки, состоявшегося 2-8 ноября в Вене и подготавливавшего саммит Минской группы ОБСЕ: они были направлены на установление  режима прекращения огня, отвод войск с захваченных территорий, возвращение беженцев и вынужденно переселенных, прекращение блокады и открытие Минского саммита для определения статуса НК путем переговоров.

В декабре 1996 года на Лиссабонском саммите произошло отступление от этих предложений. Страны-члены саммита выступили с заявлением о признании территориальной целостности Азербайджана и наделении Нагорного Карабаха автономией в его составе. Эти принципы одобрили все члены Минской группы, кроме одного. Президент Армении воспользовался своим правом вето, став единственной стороной, выступившей против этого заявления.

Армянская делегация выступила с собственным заявлением, оставаясь верной сути мандата Минской группы и решению Совета министров ОБСЕ, согласно которому, статус НК должен быть определен на Минском саммите после установления политического согласия.

Уже в конце 1998 года возникает предложение об Общем государстве, предполагающее, что Нагорный Карабах вместе с Азербайджаном создаст «Общее государство» в его международно признанных границах. Карабах назывался бы республикой, по факту — наделялся бы автономией, после чего Азербайджан и Карабах как равные единицы должны были оформить отношения и уточнить статус Нагорного Карабаха.

Армянская сторона не только приняла это предложение, но и активно продвигало его. Предложение было отклонено Азербайджаном.

А согласно опубликованной в результате переговоров в Ки-Уэсте в 2001 году информации, предлагался следующий вариант урегулирования: территория Нагорно-Карабахской Автономной Области передавалась под суверенитет Армении. Статус НК определялся в рамках Армении. Азербайджан же должен был иметь возможность прямой связи с Нахиджеваном — через территорию Мегри, взамен Азербайджан признал бы, что Лачинский коридор принадлежит Армении. Глава МИД Армении того времени Вардан Осканян с сожалением назвал этот документ «нереализованной возможностью», который неожиданно для армянской стороны не был принят президентом Азербайджана Гейдаром Алиевым.

Уже в 2007 году произошел возврат к первоначальной логике переговорного процесса — к Мадридским принципам. Как мы видим, вопрос окончательного статуса Нагорного Карабаха не был решен в рамках ни одного из обсуждаемых принципов. Из того, что было рассекречено, можно догадаться, что только Парижские принципы давали Армении возможность присоединить к себе Карабах — в обмен на Мегри.

Путаница в связи с поэтапным или пакетным решением, таким образом, является конспирологией армянской политики, нежели имеет отношение к реальной политике. Известно, что в начале 1998 года первый президент Армении Левон Тер-Петросян, будучи апологетом поэтапного варианта урегулирования, подал в отставку в связи с внутриармянским кризисом, возникшим в контексте конфликта. Противодействующие ему силы во главе со вторым президентом Робертом Кочаряном, какие бы максималистские заявления они ни делали, обвиняя Тер-Петросяна в пораженчестве, придя к власти, не только не принесли Карабаху независимость, но и не добились серьезного прогресса в переговорном процессе. Напротив, в годы их власти на переговорном столе появились более противоречивые — Ки-Уэстский проект и проект Общего государства, которые могут быть возвращены и поставлены на обсуждение в любой момент. Формулировка «пакетное решение» представляет собой уловку, направленную на сокрытие именно этого провала.

Более того, исторически пакетное решение наделяло Карабах статусом сначала в составе Азербайджана. Этот двухэтапный вариант предлагался сопредседателями Минской группы ОБСЕ еще в июле 1997 года. Он состоял из двух договоров, посвященных прекращению вооруженного конфликта, что предполагало вывод вооруженных сил в двух этапах, создание Разделительной полосы, возвращение перемещенных лиц в места их проживания в зоне Разделительной полосы и ряд вопросов, затрагивающих безопасность. Лачинский коридор предусматривалось сдать в аренду ОБСЕ при условии, что пользоваться им будут только власти Нагорного Карабаха. Второй договор затрагивал определение статуса НК и предусматривал широкую автономию в составе Азербайджана, в том числе — право иметь собственную конституцию. Предложенный пакетный вариант не удовлетворил стороны, поэтому 2 декабря 1997 года сопредседатели предложили сторонам поэтапный вариант урегулирования, состоявший из двух частей. Первая часть относилась к взаимному возвращению захваченных территорий, размещению разъединительных сил ОБСЕ, возвращению беженцев и разблокировке путей сообщения, вторая часть — к дальнейшему статусу анклава.

Нетрудно заметить, что до сих пор предлагалось два варианта урегулирования карабахского конфликта: по одному из них, Нагорный Карабах возвращается в состав Азербайджана в статусе автономии или республики (Лиссабонский документ 1996г. — отклонен, поэтапный вариант июль 1997 года — отклонен Карабахом, предложение об Общем государстве 1998г. — принято); по другому варианту, Нагорный Карабах наделяется временным статусом, вопрос окончательного правового статуса откладывается на потом (в ноябре 1993 г. предложение Девятки — принято, поэтапный вариант 2 декабря 1997 года — принят Арменией, отклонен Карабахом, Мадридские принципы 2007г. — приняты).

Выбор армянской дипломатии заключается в двух этих подходах, другого пути у нее нет. Пожалуй, можно выстрадать только решения о купле-продаже за счет территории Армении, как в ки-уэстской резолюции.

Пламенные заявления бывшей и нынешней властей Армении предназначались не для Лаврова, а для внутренней аудитории. Нагорно-карабахский конфликт давно стал элитарным, он непонятен широким слоям общества, они несведущи в нем. На протяжении лет суть конфликта бережно скрывается от общества, вместо этого не прекращается последовательная пропаганда, направленная на сохранение общественной спячки. Человеческие трагедии не отрезвляют военную и экономическую элиты. Армянское общество должно суметь отказаться верить в сладкие и ложные обещания по Карабаху. Этот конфликт годами подпитывается жизнями граждан Армении, они имеют право знать истинное положение вещей. Революцией будет принятие именно этого подхода: несуществующие принципы, ложные патриотические заявления и высокомерные высказывания не дают пользы обществу, которое однажды должно будет столкнуться лицом к лицу с решением конфликта.

Бархатная революция 2018 года останется красивой эмоциональной вспышкой и превратится в воспоминание, если не будет искоренено фальшивое идолопоклонство вокруг Нагорного Карабаха. Сильный общественный эмоциональный фон в вопросе Карабаха создает прекрасную возможность для того, чтобы в Армении всегда существовала традиция авантюры и бесконечно срывалась перспектива формирования рациональной политической среды.

Гаянэ Айвазян, историк

Tekali Taxi