Epress.am Новости из Армении
Ахталинский комбинат обманул и варденисских шахтеров, которых привез на замену 52 рабочим, бастующим с начала года. Жители Вардениса проработали почти месяц.
«Кто-то получал 40 тысяч драммов, кто-то — 30 или 100, что противоречит как устным договоренностям, так и подписанному сторонами договору», — рассказал Epress.am председатель профсоюза горняков, металлургов и ювелиров Эдуард Пахлеванян.
По его словам, руководство комбината заключило договор с каждым из рабочих, но копию документа им не предоставило. «Как минимум это — нарушение, а на деле обычный обман. То, что люди туда ходили на работу, это однозначно: об этом знают все, и все это видели»․
В итоге варденисцы оказались в том же положении, что и бастующие рабочие, которых они заменили. Они рассказывают о недобросовестной работе руководства комбината, об эксплуатации рабочих, о том, что их «кинули», не заплатили, нарушили договоренности. Они тоже обратились в профильный профсоюз: в случае невыплаты обговоренной суммы, обратятся и в суд.
Напомним, что Ахталинский горнообогатительный комбинат принадлежит бывшему депутату от Республиканской партии, экс-губернатору Сюника Ваге Акопяну — сыну бывшего директора Зангезурского медно-молибденового комбината Максима Акопяна. В 2025 году Комбинат пожертвовал 10 млн. драмов Фонду «Мой шаг», который возглавляет экс-супруга премьер-министра Пашиняна Анна Акопян. Еще 10 млн., как говорится в отчете за 2023-2024гг., были предоставлены ранее.
15 января бурильщики Ахталинского комбината начали забастовку, требуя повышения заработной платы, отказа от внедоговорной эксплуатации и обеспечения базовых условий безопасности.
Забастовка длилась 45 дней.
Поначалу руководство рудника отказывалось идти на переговоры: через несколько дней после начала акции оно разместило объявление о поиске новых сотрудников. Позже стало известно, что в комбинат привезли индусов, которые вскоре отказались работать и покинули город Ахтала. Тогда и подошла очередь шахтеров из Вардениса — их было человек 15. Благодаря им производство было частично восстановлено.
см. Шахтеры Ахталинского комбината бастуют
Бастующих не уволили, чтобы избежать судебных распрей. Фиксированной заработной платы на руднике все равно нет: бурильщикам платят в соответствии с объемами добытой руды. На закрытом Ахталинском руднике отсутствуют минимальные условия безопасности: люди работают под землей без нормального освещения, системы вентиляции, периодически происходят аварии здесь — дело обычное. Законодательство Армении позволяет прервать работу, если она представляет угрозу жизни и здоровью. Участники страйка опирались на эту законодательную регулировку.
В феврале после долгих затягиваний Инспекционный орган труда и здравоохранения провел проверки на руднике. Забастовка давно прекращена, а заключение до сих пор не обнародовано. Если доклад Инспекции не оправдает ожидания работников, а основные нарушения не будут устранены, шахтеры обратятся в суд, требуя компенсации.
см. Инспекция проснулась, областная администрация предала. Забастовка в Ахтале продолжается
Администрация губернатора Лорийской области долгое время отказывалась от встречи с бастующими. Они предпочитали распространять слухи о том, «кто стоит за страйком».
Поведение губернатора Арена Мкртчяна резко изменилось после того, как бастующие заявили о намерении продолжить акцию в Ереване — перед зданием Правительства. Через считанные часы Мкртчян пригласил их на закрытую встречу.
см. Губернатор «отсрочил» протест шахтеров в Ереване
По официальной версии, сторонам удалось договориться благодаря губернатору, и 21 февраля забастовка, которая длилась 45 дней, была прекращена, шахтеры вернулись на свои рабочие места. Согласно достигнутой договоренности, выполнение «индивидуального плана» гарантирует 20-процентную надбавку. Новые трудовые договоры будут заключены в течение 15-ти дней.
3 марта Мкртчян заявил, что директор предприятия «обязался удовлетворить 4 основные требования по улучшению условий труда». К тому же, добавил губернатор, руководство Комбината по собственной инициативе решило установить систему вентиляции стоимостью 70 млн. драмов.
Но с первой встречи с губернатором прошло уже не 15 дней, а месяц, а обещанных трудовых договоров все нет.
«Только устные обещание губернатора и руководства, больше никаких продвижений», — в разговоре с Epress.am заметил один из бурильщиков.
Рекламные посты Мкртчяна в соцсетях о том, что при его посредничестве руководство комбината «обязалось удовлетворить основные требования» бастующих, ничего не значат.
Председатель профильного профсоюза скептически относится к его обещаниям: «Еще ничего не сделано. Никакого индивидуального плана нет».
видео от 28 января
На руднике действует сдельная система оплаты труда. За кубометр руды (около 3 тонн) бурильщики получают 1700 драмов, требуют поднять ставку как минимум до 2200. Логика простая: согласно трудовому договору, если цена на медь упадет, автоматически сократятся и зарплаты бурильщиков, но обратного условия нет. После заключения договора медь подорожала вдвое и стоит почти 13 тысяч долларов. На жаловании рабочих это никак не отразилось.
Работодатель, по словам губернатора, обещал 20-процентную приплату «в случае исполнения индивидуального плана». Даже рабочим до конца непонятно, что предполагали обещание директора. Понять его можно двояко: если сотрудник выполняет план, получает на 20% больше за каждый добытый кубометр, либо получает 20-процентную приплату за дополнительные кубометры, добытые после выполнения индивидуального плана.
видео от 22 января
Прежде, помимо бурений, шахтеры выполняли и слесарную работу, помогали взрывникам. Дополнительный объем работы не оплачивался. Владельцы шахт экономят буквально на всем: взрывников не хватает, работы много, вместо увеличения штата сотрудников эксплуатируют шахтеров. Они требовали либо доплачивать за дополнительный объем работы, либо избавить их от этого обязательства.
Дирекция устно обещала, что «все будет хорошо», но как дела обстоят на деле, неизвестно.
Ситуация с улучшением условий труда тоже неопределенная. По словам председателя профсоюза, не совершено ни одного конструктивного шага, который позволил бы поверить, что руководство действительно внедрит систему безопасности.
«Говоря «теперь внедрим», они лгут. Они должны показать конкретное действие, скажем, заключить договор с какой-либо компанией, хотя бы начать исследование, чтобы это выглядело сколько-нибудь правдоподобно, чтобы можно было поверить, что в течение шести месяцев правда внедрят нечто похожее», — отметил Пахлеванян.