Главная / Здравоохранение / В ереванской тюрьме пытали тяжело больного и пытаются выдать дело за самоубийство

В ереванской тюрьме пытали тяжело больного и пытаются выдать дело за самоубийство

«Сына избивали, пытали в УИУ «Нубарашен». Им было все равно, что он ходит с трудом с повисшими сбоку кишками. Его повалили на землю, били ногами и руками. Как можно быть настолько жестоким, чтобы избивать инвалида?», — недоумевает Гаянэ Агаджанян, мать скончавшегося несколько месяцев назад 30-летнего Армена Агаджаняна.

Как сообщает Forrights.am, Агаджаняна разыскивали несколько месяцев «в связи с куплепродажей какого-то автомобиля». 15 марта мужчину задержали в Ехегнадзоре, после чего семье позвонили и сообщили, что сына везут в Шенгавитский следственный отдел, куда женщина вместе с супругом и младшим сыном добирается скорее, чем полицейская машина, в которой везли Армена.

«В сентябре сын перенес серьезную операцию на кишках, но их не вернули на место полностью, а прикрепили к телу небольшой мешок для выделений. Это должно было продолжаться до тех пор, пока кишки не задействовали бы самостоятельно. В следственном отделе я на миг увидела сына, но поговорить нам не удалось, он только сказал «нужен мешок». Тогда я видела его лицо: ссадин и повреждений не было», — рассказала Агаджанян Forrights.am.

Необходимый мешок Армен так и не получил. Его перевезли в здание суда на повторное подтверждение личности, но в зале суда состояние Армена ухудшилось. После прибытия бригады скорой помощи заседание отложили, его перевели в уголовно-исполнительное учреждение «Нубарашен», где и начался кошмар.

«В первые же минуты прибытия в «Нубарашен» у Армена случился конфликт с сотрудником тюремной администраии. Говорят, что сын не поздоровался, потому и избили, но я заявляю: невозможно, чтобы он вошел куда-либо и не поздоровался. Армена проводили в комнату для обыска и стали бить вчетвером, пытать, им неважно, что кишки у него наружу. После всего этого его просто умыли и все. В таком беспомощном состоянии его и оставили в изоляторе», — рассказывает мать со слов сына.

На следующий день после инцидента Армена снова отвезли в суд. Там родные заметили синяки на его лице. На этот раз брату разрешили подойти к нему, и тот спросил, кто это сделал. «Менты избили», — успевает сказать Армен, после чего их отводят друг от друга.

Со двора суда Гаянэ Агаджанян увидела сына в окно: он протирал раны на ногах медицинским спиртом. Она вошла в здание: все тело Армена было в синяках и ранах, кишки оторваны, а из поврежденного места текла кровь.

«Подошла к сыну, а он никакой, от боли с трудом протирает ногу. Майка была задрана: следы побоев по всему телу, вся голова распухшая… Я заговорила громко, рядом стоял надзиратель, спросила: это ваших рук дело? Нет, говорит, мы не в курсе. Меня попросили выйти из зала суда, сын сказал «все в порядке, мам, иди».

Суд назначил меру пресечения в виде залога, на выплату которого дал 10 дней. Мужчину вернули в Нубарашенскую тюрьму, откуда после выплаты залога его освободили 27 марта.

Ослабший, мучающийся от боли Армен смог посетить врача только через несколько дней. Теперь его беспокоила не только боль в кишках, но и в позвоночнике. Это не воспаление легких, диагностирует врач, а следствие побоев.

Подробности случившегося в тюрьме Армен рассказал родным только спустя некоторое время, обвинив сотрудника УИУ Армена Ованисяна: «Сын рассказал, что после того, как он вошел в комнату для обыска, сопровождавший Армен Ованисян ударил его по лицу. Потом в комнату вошли трое и начинали бить по голове и разным участкам тела. Сказала сыну: ты бы хоть лицо прикрыл, чтоб не били. Он говорит: я еле выпашвие кишки держал двумя руками. В этой комнате были и другие люди, они смотрели, но, наверное, боялись пикнуть».

Через несколько дней после освобождения в дом Агаджанянов прибыл Армен Ованисян в сопровождении двух лиц, которые просили прощения за случившееся и выразили готовность оплатить лечение Армена. Агаджаняны отказались от помощи.

7 июля Армена Агаджаняна доставили в ЗАО «Национальный центр сохранения психического здоровья», где по прошествии 5 дней его нашли повешенным на простыне.

«Я говорила с сыном за несколько часов до его смерти, он прислал мне свое фото, выглядел совершенно здоровым. Потом с ним говорил по телефону знакомый, который позже нам рассказал, что в ходе беседы слышал голоса, которые переросли в галдеж и связь прервалась. Через несколько минут сына не стало».

По предварительной версии, Армен покончил с собой, однако родные эту версию исключают. Они утверждают, что Армена убили, «чтобы довести до конца начатое дело». Труп мужчины обнаружили в ванной комнате, повешенным на простыне, он стоял на коленях. Семья считает это абсурдом. Армен, утверждают они, не мог один покинуть комнату в лечебнице и дойти до ванной, кроме того, его труп утром обнаружил не один из полицейских, а медсестра.

«Труп сына нашли утром, но нам о случившемся не сообщили. Целый день мы пытались связаться с Арменом, но телефон был отключен. Я уже предчувствовала что-то плохое, всех на уши подняла, чтобы узнать о нем хоть что-нибудь. И вдруг дочь случайно прочитала в «Фейсбук»-е о самоубийстве моего Армена. Понимаете? 30 часов мы не знали, Армена уже нет. Они провели вскрытие, не сообщив об этом нам, вскрыли череп, а мы узнаем об этом постфактум. Увидев труп, мы сразу поняли, что его избивали прежде, чем убить», — говорит мать, показывая фотографии сына в гробу. Разница между этими изображениями и присланными Арменом фото очевидна.

Мать уверена: сына убили, чтобы он, назвавший Армена Ованисяна, не раскрыл имена трех других.

Суд рассматривает дело по трем частям: по части пыток, смерти и случившегося в тюрьме. В качестве обвиняемого привлечен сотрудник УИУ «Нубарашен» Армен Ованисян.

3 ноября в ереванском суде общей юрисдикции Шенгавитского района, помимо Гаянэ Агаджанян, показания давал и свидетель Анушаван Никогосян. Разговаривал он крайне медленно, очень тихо, подолгу думая перед каждым произнесенным словом. Никогосян сообщил суду, что именно он сопровождал Армена в Нубарашенскую тюрьму и стал свидетелем инцидента.

«Мы вошли в тюрьму, началось что-то агрессивное между открывшим дверь и Арменом. Ситуация была напряженная. Нас проводили в комнату для обыска, они оба вошли. Позже я услышал звук удара, вошел на крик Армена и увидел, что его бьют. Вместе со мной вошли и другие, что было дальше, помню не очень хорошо. По лицу Армена текла кровь, его увели, умыли, мы вошли в комнату. Мне дали подписать протокол об осмотре, согласно которому, на Армене не было никаких следов и повреждений… Я подписал», — рассказал свидетель.

По словам Никогосяна, с подсудимым он познакомился в ходе допроса в Специальной следственной службе, между тем, после перекрестного допроса свидетель признался, что был знаком с Ованисяном. Судья Давид Балян констатировал скованность свидетеля, который, в свою очередь, признал наличие некоторой скованности.

«Вы должны помочь мне раскрыть дело и принять верное решение», — обратился судья к свидетелю.

После нескольких однотипных ответов свидетеля «не помню», «не знаю» судья перенес заседание, отметив, что допрос Никогосяна продолжится.

Роза Варданян, Forrights.am

Tekali Taxi